socrat2 (socrat2) wrote,
socrat2
socrat2

Categories:

ТЕХНОКРАТИЯ - ВЛАСТЬ ПРОФЕССИОНАЛОВ (продолжение часть 6)

§ 2. Банки и ссудный процент

Депонирование средств в банках компенсируется денежной эмиссией государства (обычно ЦБ). Банки за счёт ссудного процента накапливают деньги, а заёмщик расплачивается с банками той прибылью, которую получает от использования средств займа. В конечном итоге появляется избыточное количество денег, которые в процессе инвестиций в производство наполняются товаром, услугами и т.п. (сущность кредитного мультипликатора и заключается в том, что мультипликация может осуществляться только в результате кредитования хозяйства). Экономическое благополучие растёт. Чем больше накопления и чем выше скорость оборота денег, тем богаче граждане и государство. Центральный банк, управляя механизмом банковского мультипликатора, расширяет или сужает эмиссионные возможности коммерческих банков, тем самым выполняя одну из основных своих функций — функцию денежно-кредитного регулирования.

Процентная ставка отражает цену денег во времени конкретной национальной экономики. В повседневной практической жизни ссудный процент пронизывает всю экономическую жизнь страны, присутствуя в различных кредитных и долговых инструментах государства, банков, компаний, индивидуальных предпринимателей и частных лиц в виде разнообразных процентных ставок. В условиях действия рыночных механизмов в сфере кредитных отношений уровень ссудного процента стремится к средней норме прибыли в хозяйстве. При условии свободного перелива капитала он будет стремится в ту отрасль, ту сферу приложения средств, которая обеспечит получение наибольшей прибыли. Если уровень дохода в производственном секторе экономики выше ссудного процента, то произойдёт перемещение средств из денежной сферы в производственную и наоборот. Денежные средства направляются в такие вложения, доходность или норма прибыли которых является по сравнению с процентной ставкой достаточно высокой. В идеале рыночная ставка процента должна устанавливаться в результате уравновешивания спроса и предложения на кредитном рынке. Правда, всё это для экономики находящейся вне кризиса.

Как нарушается это равновесие и возникает кризис - экспоненциальный рост совокупной задолженности по банковским кредитам? Далеко не всегда из-за искусственного завышения процентной ставки (хотя и завышают, маржинальность доходит до 50%). Причины банковского кризиса во всех странах одни и те же. Предоставляя кредиты любому заемщику, практически не учитывая его платежеспособность, банки превышали все допустимые риски, теряя при этом возможность управления и контроля за кредитуемыми. Вот тут-то процент и оказался для многих непосильным. Это еще раз доказывает беззащитность и уязвимость всей мировой экономической системы. Вполне очевидно, что в данном случае проблема оказалась не в самой процентной ставке, а в перепроизводстве задолжности по банковским кредитам. Чтобы остановить кризис, государственная власть включается «в ручном режиме», чтобы снизить ставку ссудного процента. А это искусственно поддерживаемое Центральным банком вмешательство в изменение процентной ставки, что нарушает её регуляцию (отрицательную обратную связь) в условиях вышеописанного рыночного механизма.

Чтобы взять и выплатить кредит, человеку, предприятию или государству нужно, чтобы был составлен чёткий реальный расчёт всей будущей прибыли, которая превышала бы ссудные издержки и свидетельствовала бы о состоянии дел у занимаемого. И для верности это должен делать банк. Понятно, что ни органы государственного контроля, ни банки с такой объёмной задачей справиться не в состоянии. Сложно, затратно, но ещё затратнее будет кризис. Поэтому заниматься этим должен специальный институт экономики, но не так, как это принято в демократической системе, а с наделением административных прав и функций в процессе организации контроля за отчётностью банка и рассчётами ссудного процента (оптимального процента).

Международные банки, способные давать крупные государственные займы, это ещё одно достижение НЭР. С момента поступления кредитных средств на счета государства вызываются к жизни, следующие финансовые процессы: 1.Укрепляется состояние национальной валюты страны. 2. Уменьшается дефицит бюджета, т.к. поступившие кредитные средства позволяют стране решить ряд внутренних проблем. 3. Снижаются заимствования государства на внутреннем и внешнем рынке, увеличивается спрос на государственные долговые обязательства, что приводит к снижению ставки рефинансирования Центральным Банком и как следствие приводит к росту инвестиционной активности. 4.В итоге: снижение инфляции, рост ВВП, снижение безработицы. 5. При условии снижения налогов государством, это приведёт к стимулированию совокупного спроса семейных хозяйств и фирм и создаст все предпосылки для начала стабилизации и подъема экономики государства.

Однако это возможно при условии, что в правительстве и обществе отсутствуют милитаристские наклонности, подготовлена законодательная база, исключающая коррумпированность власти, имеется аппарат в правительстве и Центральном Банке, владеющий макроэкономической теорией и способный практически ее воплотить в жизнь и главное существует готовность и способность осуществить экономические реформы. И всё это должно было бы учитываться при выдаче займов. Любая неконтролируемая выдача кредитов, ориентированная на прибыль через процесс рефинансирования и реструктуризации долга, есть втягивание заёмщиков в долговое рабство. Тут особенно необходим учёт и контроль самой возможности рефинансирования и реструктурирования долга и введение ответственности международного банка за втягивания государств в долговое рабство. Естественно, что такое невозможно без реформы ООН. Поэтому это претензия даже не к международным банкам, а к демократии с её перепроизводством свобод. И в этом одно из главных противоречий НЭР и системы.

§ 3. Биржи. Фондовые рынки

По сути они произвели настоящую революцию в финансовом секторе, поскольку ещё три десятилетия назад рынки работали только с простыми акциями и облигациями, сегодня же, с появлением возможности функционирования круглосуточно в реальном времени фондовые рынки используют сотни финансовых продуктов, позволяющих распределять риски между предприятиями, отраслями, регионами и часовыми поясами. Теперь финансовый сектор плавно переходит из одного временного периода в другой, от одной биржевой сессии к другой и миллионы участников этого процесса каждую секунду готовы купить недооценённый актив и продать переоцененный. Любой желающий продать или купить может немедленно найти контрагента (это так называемая ликвидность).

Рынок устроен таким образом, что деньги перетекают туда, где могут принести наибольший эффект от своего использования. Этот принцип проявляется при перераспределении капитала всегда и везде – неважно, идет ли речь о частных компаниях или целых странах. Реализуется перераспределение капиталов между странами, секторами экономики и предприятиями, с одной стороны, и различными группами инвесторов – с другой. Без фондового рынка экономике было бы невозможно эффективно развиваться и удовлетворять нужды каждого члена общества. И без существования этого вторичного рынка невозможно и нормальное функционирования первичного.

Механизмы организованной торговли вторичного рынка служат для перераспределения ценных бумаг. Благодаря вторичному рынку собственниками ценных бумаг прямо или опосредованного (с помощью инвестиционных банков и фондов) становятся частные лица. Наличие достаточного количества частных инвесторов позволяет экономике эффективно функционировать, привлекая громадные денежные средства для решения своих насущных задач. Сейчас почти все биржи электронные, то есть заявки на торги поступают туда по закрытым электронным системам связи, а не методом выкрика и тут же находят отображение в торговой системе. Биржа имеет в своем составе: торговую систему, расчетную (клиринговую) палату, депозитарный центр, в которых все сложные операции производятся в автоматическом режиме.

Технологии, прежде всего информационные, обеспечивают ныне эффективность механизма преобразования накоплений в инвестиции. Полагают, что многие функции биржи могут быть заменены информационным обеспечением. Программисты очень любят такую фразу: «Когда мы придём к власти, целые министерства будут заменены на небольшой скрипт», ну может быть на одно веб-приложение, может быть не столь уж небольшое, конечно. Но понятно, что имеются в виду вовсе не высокоскоростные торги. Действительно, есть виды деятельности, с которыми лучше справляется компьютер, такие как: вычисления, хранение информации. Есть виды деятельности, с которой пока лучше справляется человек: творческие задачи. Одной из таких задач является задача определения справедливой цены. Люди на бирже – это кусочки биологического мегакомпьютера, который создан всего лишь для вычисления справедливого курса. Когда появится механизм более эффективно решающий такую задачу тогда биржи исчезнут.

Спекуляция - это экономическая деятельность, нацеленная исключительно на получение прибыли за счет игры на рыночной стоимости объекта купли-продажи как результата принятия на себя риска, вызванного действием потенциальных факторов, не подлежащих прогнозированию, или же ошибочностью оценки сложившейся рыночной ситуации и прогноза ее развития. Спекулянты помогают поддерживать оживление на рынке путем обеспечения его ликвидности и, таким образом, способствуют сглаживанию ценовых колебаний. Однако в мире нестабильности, в условиях монопольного рынка, ценовой неэластичности спроса, когда фирмы сильно переоценены, а так же в условиях недостоверной или неполной информации о товаре спекуляция может переродиться в ценовое мошенничество. Это особенно сказывается во время кризисов. И тогда выигрывает не тот, кто умеет правильно оценить стоимость чего-либо (установить справедливую цену), а тот, кто сам провоцирует разворачивание рынка в выгодную только для себя сторону и зарабатывает на этом. Это пока неизбежный вредный эффект от деятельности биржи и за ним надо бы следить и ограничивать его, но как это сделать в условиях демократической организации государственных институтов, если «умные» трейдеры вовсе не прочь «поделиться» с законодателями, чтобы раздуть очередной «ценовой» пузырь? По справедливости для подобных вещей нужна полиция, чисто экономическая полиция и независимый ни от кого суд с экономическим уголовным кодексом.

Механизм ускоренного оборота ценных бумаг стимулирует экономику, как эффект постоянного финансового вливания, которое ускоряет процесс производства (рост богатства государства) и технологический прогресс (совершенство). Появившиеся при этом не наполненные товаром деньги, за определённый промежуток времени наполняются им и спекулятивный компонент исчезает. Отказ от этого механизма равносилен отказу от технологического прогресса. Поэтому, появившись, он уже не исчезнет, конкуренция не позволит реализоваться неэффективным способам производства. Поэтому все призывы покончить с конкуренцией и спекулятивным капиталом – обман или самообман. Другое дело, что существующая система не имеет способов эффективной регуляции процесса и он переходит в чисто спекулятивную сферу, нередко напрочь отрываясь от наполнения денег товаром и проваливаясь в кризис.

§ 4. Мировое хозяйство

Мирово́е хозя́йство — это совокупность исторически сложившихся в результате общественного разделения труда отдельных отраслей хозяйства, связанных между собой системой международного разделения труда и международных экономических отношений. Это хозяйство в конце XX - начале XXI века, сохраняя разнообразие, большое количество противоречий и разноплановых тенденций, благодаря единой валюте стало целостным, интегрированным, динамичным и приобрело глобальный характер. Произошло всепланетное взаимовоздействие национальных экономик, взаимопроникновение и взаимное переплетение, универсализация или гомогенизация экономической жизни, которая тяготеет к единым стандартам, принципам и ценностям под влиянием обмена знаниями, людьми, товарами, культурными ценностями и т.д.

В течение последних 50-ти лет правительства многих стран налагают на международную торговлю всё меньше и меньше ограничений. Движение за свободную торговлю привело к созданию миллионов новых рабочих мест и росту уровня жизни, потому что люди во всём мире имеют возможность свободно торговать и покупать то, что им хочется получить, что максимально удовлетворит их и сделает счастливее. Одни страны должны специализироваться на производстве товаров и услуг, которые они могут поставить по более низкой цене, чем другие страны. Эти меры приводят к самому эффективному из возможных производству и поднимают общий уровень жизни. Ещё Рикардо утверждал, что мир станет лучше, если каждый человек и страна будет специализироваться на чём-нибудь.

Хотя Глобальное разделение труда – одна из составляющих НЭР, которая и представляет собой ещё один механизм эффективной экономики, однако в период кризиса оказалось, что нет никаких гарантий для поддержки экономики узко профильно-ориентированных государств. Ни одному государству не выгодно втягивать, например, сельскохозяйственно ориентированную страну ни в долговое рабство, ни в кризис (от этого практически страдают все в цепочке глобального разделения труда), однако в существующей политической системе остановить этот процесс никто не в силах.

В ХХ веке развитие монополий фактически уничтожило конкуренцию в рамках государства и она сохранилась на мировом уровне, только как конкуренция за сферы влияния. А в XXI веке мировое хозяйство неуклонно нарастающими темпами стало двигаться к кризису. Финансовая олигархия (слияние крупных банкиров и предпринимателей) и монополии превратили Мировое хозяйство фактически в свою вотчину. Мировая экономика и глобальное разделение труда, давшие эффективное производство, наткнулись на несовершенство демократической системы и её дефекты.

Сегодняшняя ситуация на финансовых рынках четко определяет невозможность существования не только мировой финансовой системы, но и мирового хозяйства в прежнем их виде. Прежде, чем возникнет обновлённая система, придётся разделиться и объединяться на новых условиях. Те, кто объединится, выиграют экономически и, соответственно, политически. В первую очередь нужна новая международная валюта, производимая только банками ООН и под контролем ООН.

Единственный выход – это валюта ООН, которую в ООН и предлагают. Но США, ЕС против – исчезнет халява.

§ 5. Деривативы и финансовый кризис

Стремительный прогресс НЭР, требующий крупных финансовых обеспечений коммерческих проектов, упирался в ВВП с его ограничениями для денежной эмиссии и тут ценные бумаги оказались очень кстати. Наряду с ценными бумагами широко применяются различного рода деривативы («страховые обязательства»), но с ними ситуация сложнее. И сегодня масштабы и значение рынка ценных бумаг таковы, что его разрушение может прямо привести к разрушению всего экономического прогресса со всеми современными технологиями.

Опасность исходит от либерализма в рыночной организации. На основании денег, которые эмитирует государство, частные банки, фактически, могут выпускать собственные деньги – различные деривативы. Чтобы выпустить в обращение акцию на биржу нужно опубликовать проспект эмиссии, раскрыть владельцев и финансовые показатели, пройти аудит, роадшоу и т.д. Чтобы выпустить межбанковский дериватив не нужно ничего. Полностью не контролируемая свобода переходит рамки необходимости государства. Выпуск деривативов, практически никак не регулируемый в демократической системе превращён в самый крупный мыльный пузырь (деривативы на деривативы, пирамиду страховок), который при наступлении финансового кризиса только усилил свой рост (эмитентом деривативов, как правило, выступают банки, биржи и инвестиционные компании). Мыльные пузыри – это чума демократической экономики. Поэтому дело даже не в спекулятивном капитале, а в отсутствии контроля за выпускаемыми деривативами. И уже, когда этот факт осознан, когда он подтверждён финансовым кризисом, этот бесконтрольный рост не могут остановить, называя его стихийным бедствием (хотя на самом деле это стихийное бедствие демократии с её перепроизводством свобод).

Сегодня в любой экономически развитой стране рынок производных инструментов является крупнейшим сегментом всей финансовой системы. Показательно, что американский журнал «Народ за свободу» (People for Freedom) вынес в заголовок: «1,2 квадриллиона долларов на рынке деривативов превысили мировой ВВП». И это более, чем в 20 раз. А перепродажа необеспеченных финансовых обязательств до сих пор реализуется с нарастанием их стоимости. С использованием деривативов связано банкротство ряда известных банков и убытки оцениваются в миллиарды долларов. И самое неприятное в деривативах, их невозможно отличить от реальных денег в публичных отчетах банков о состоянии их баланса. Именно это и парализовало межбанковский рынок на Западе. Банк, надежный по своим отчетам, может оказаться просто пустой финансовой скорлупой.

Суть этих бумаг заключается в том, что их базисным активом служат сложные математические модели оценки рисков. Бумаги, в сущности, стали своеобразной монетизацией инвестиционных стратегий банков, инвестиционных фондов и хедж-фондов, расфасованных в эти инструменты, и выведенных на практически нерегулируемый по сравнению с биржевым межбанковский финансовый рынок. Тем не менее важно понять, что в условиях НЭР не столь важно, что лежит в качестве базисного актива, золото, бумажная валюта, дериватив, математическая модель или биткоин (пиринговая система электронной наличности) – в любом случае это всего лишь «инструмент» (мера стоимости, измерение её) и доверие к нему. Золото ведь тоже не обладает внутренней стоимостью и не связано с движением денежных масс, с прибылью, купонами, процентным доходом. В условиях НЭР добыча золота не покрывала сферу финансов, но при необходимости и золота могло бы быть перепроизводство.

Проблема деривативов состоит в том, что они ничем не наполнены (ни товарами, ни услугами), будучи при этом фактически услугой, причём довольно важной в экономическим плане, но не учитываемой. Экономика свободы закрывает на это глаза и вот результат, который можно было бы избежать при двух условиях. 1. Государству при посредничестве клиринговых центров необходимо было централизовать оборот деривативов и брать при этом с услуги проценты за услугу - регистрацию, ставя её стоимость в зависимость от наполнения рынка деривативами. 2. Когда базисным активом дериватива становятся сами деривативы, то на него процент за услугу должен значительно повышаться. Правда, при этом деривативы в чисто спекулятивных целях не смогут применяться, а это не всем нравится. Перепроизводство услуг – тоже не особо хорошая вещь, но поддающаяся контролю.

§ 6. Регуляция экономики в «ручном режиме»

Закон рынка невозможно сочинить, установив его по своему желанию. Несоответствующие ему элементы ломают его. Производство и потребление должны находиться в равновесии через посредство отрицательной обратной связи. Для этого необходимо прогнозировать не только потребление, но и потребности, исходя из уровня развития производительных сил, приводя их в равновесие. Когда нарушаются эти законы, возникает кризис (положительная обратная связь) и социальное напряжение.

Цивилизация рушится, но государственные власти отказываются верить в то, что они не справляются с управлением, благо дело – демократия. Так, правительство США начало борьбу с кризисом со спасения проблемных активов. Эта программа, получившая название TARP, – просто накачка бюджетными деньгами тонущих американских банков и страховых компаний. Роздано банкам $1,25 трлн. За спасение крупных банков заплачена огромная цена, но эффекта для экономики ровно никакого не было.

Политические махинации в правительствах направлены на увеличение государственных расходов (в развитых странах от 30% до 50% ВВП потребляется на местном, федеральном и государственном уровнях). Ради политических целей правительство США все время увеличивает свои расходы. Одна система обязательного медицинского страхования, предложенная Обамой вроде бы с самыми благими целями, стоит гигантских денег. Последствия непродуманных политических решений правительств (особенно контроль над тарифами и курсом валюты и даже снижение процентной ставки с тем, чтобы повысить инвестиционные расходы фирм) негативно отражаются на всех аспектах экономической деятельности.

Американские власти объявили в мае 2009 года о своих предложениях по усилению регулирования рынка производных финансовых инструментов. Планы администрации Обамы и Конгресса, прежде всего законодателей, были направлены на удушение рынка внебиржевых деривативов. К тому же предлагалось создать клиринговую палату для объективной торговли всеми типами деривативов, у которых в таком случае появится почти настоящая рыночная цена. Но план – это ещё не действие, ибо специалисты прогнозируют, что после взрыва такого мыльного пузыря очень много финансовых операций, связанных с деривативами, со сложными финансовыми инструментами, могут прекратить свое существование и тогда потери по деривативам начнут расти как снежный ком. Это предопределит ухудшающуюся рецессию, приводящую к увеличению корпоративных банкротств, взрывному росту неплатежей по ипотечным кредитам и зашкаливающую безработицу. Взрыв внебиржевого рынка приведет, возможно, к изменениям внутренней политики и к ослаблению роли банков, специализирующихся на рынке деривативов, а это тоже не всем во власти нравится. Более того, есть опасность, что взрыв внебиржевого рынка как некий инструментарий по борьбе с кризисом, может оказаться неэффективным. Контроль не только затруднён, но на самом деле его и не хотят. К тому же перепроизводство ценных бумаг (мыльный пузырь) существует и на контролируемом рынке.

Денежные власти, как правило, поздно реагируют на изменения рынка. Известно, что наиболее разрушительные последствия мыльного пузыря приходятся уже на постпиковый период. Когда мыльный пузырь уже лопается, у правительства начинаются проблемы с инфляцией и экономическим ростом и вмешательство уже неэффективно. Полагают, что следует вмешиваться еще на начальной стадии роста мыльного пузыря. Но как ЦБ вмешаться на начальной стадии роста мыльного пузыря, чтобы последующая коррекция на финансовом рынке была относительно небольшой, а потери экономики с позиции ВВП и инфляции – минимальны? Регулирующие органы по сравнению с участниками рынка, чаще всего малокомпетентны. Но и инвесторы далеко не всегда верно оценивают мыльные пузыри, ссылаясь на то, что их трудно отличить от бычьего тренда. Предложения вмешиваться в динамику пузыря и в период роста, и в период спада для государства нереально. Это под силу только особому НИИ экономики, которое имело бы право администрировать (регулировать), но это уже не демократия и не абсолютная свобода рынка.

Финансовые рынки стали реально глобальными и деньги перетекают с места на место без существенных проблем, что осложняет контроль государства, не говоря уже о глобальном контроле. Но государство (командно-административный ресурс) берёт на себя роль регулятора, хотя не очень с нею справляется, реагирует только на последствия, т.е. не на болезнь, не на её причину, а на осложнения ею вызванные. Рынок же так организован, что не расположен к этому. Нужно сделать регуляцию рынка самодостаточной, по принципу отрицательной обратной связи. Научно-экономическая революция упирается в сбои, потому что по сути её вынуждают быть не столько научной, сколько эмпирической.

Tags: Демократия кризис экономики
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments